Yasuaki
в войне и в мире
Перед тем, как окончательно свалиться, я была в гостях у своего приятеля в замечательной квартире. Особо ничем не примечательная, она была безумно уютной: в ней царил тот милый бардак, когда один из вас в спешке собирается на работу, и та теплая и расслабленная атмосфера, которую можно встретить в квартире любящих мальчиков-геев и которой мысленно мне всегда хотелось достичь при фантазиях на тему "если бы я жила с любимым человеком". Когда никто дополнительно не запаривается кружевными прихватками и занавесями на окнах, и все мы в глубине души немного холостяки, но градус взаимоотношений определяет бытие.

Непомытые бокалы из-под красного вина, оставшиеся со вчерашней ночи; как насчет пиццы, ее привезли аккурат перед грозой; мы курили, пили вино и смотрели на нее с балкона, было шикарно, ты видела?
- Да.
Мне тяжело говорить; мне тяжело дышать и меня как будто накрывает тяжелой, теплой волной.

"Что из этого ты не можешь проглотить?"

И я чувствую, что больше, чем какие-либо песни того периода, эта обстановка разрушает мой нейтральный, заново отстроенный мир. Я залпом пью черногорскую граппу в надежде согреть горло, но замечаю только, что рана оказалась глубже, чем я думала.

but we try too hard
it's a waste of my time

Я сидела и чувствовала, как мой мир под пинк разваливается на части; я сижу и смотрю, как под пинк мой мир развалился на части, и единственное, что я успела - это убежать, чтобы не развалиться следом.

И сейчас я мечусь в кватире, как в клетке, с запозданием понимая, что же в самом деле произошло, но это не прибавляет мне смирения. Наоборот, все, чего я хочу - это наконец перестать ощущать себя калечной, снова дышать полной грудью, сделать что-то, чтобы попытаться выйти на прежний уровень чувств. Я оттаяла и своими собственными эмоциями пытаюсь разбомбить камеру, в которой до лучших времен заморожено мое желание никогда не чувствовать наполовину.

@темы: goodbye, killer